23 сентября 2017 - 08:45

Парламентские истории: «Ко благу и выгодам жителей служить…»

Кликните для увеличения документаПервые в истории нашего государства выборы в городскую думу проходили в период царствования императрицы Екатерины II. 21 апреля (по старому стилю) 1785 года был принят важный законодательный акт – «Грамота на права и выгоды городам Российской Империи». Именно этот документ положил начало общественному, сословному представительству, основанному на имущественной заинтересованности в городских делах.

Согласно «Грамоте на права и выгоды…» в выборах (проводились раз в 3 года) общей городской думы могли участвовать только «настоящие городовые обыватели», т. е. те, кто был внесен в городовую  обывательскую книгу. В правительственном акте был четко определен круг людей, которых можно было в нее включить: «или старожилы, или родились, или поселились, или дома, или иное строение, или место, или землю имеют, или в гильдии, или в цехе записаны, или службу городскую отправляли, или в окладе записаны и по тому городу носят службу или тягость».  

Составлением городовой обывательской книги занималось городовое депутатское собрание. Оно рассматривало представленные обывателями  документы, в случае если 2/3 депутатов считали доказательства недостаточными, отказывали во внесении в книгу, либо просили донести документы, подтверждающие право в ней состоять.

Семья, внесенная в городовую обывательскую книгу, получала документ удостоверяющий, что оные являются настоящими городовыми обывателями. При выдаче такого листа предписывалось внести в казну определенную для данного города сумму, но не более 100 рублей.     

Для выборов общей городской думы горожане, вошедшие в городовую обывательскую книгу, собирались по шести сословным разрядам:

1) настоящие городовые обыватели – «лица, имеющие дом или иное строение, или место, или землю»;

2) каждая из трех купеческих гильдий (в первую гильдию входили те, кто объявил за собой капитал от 50 000 до 10 000 рублей, во вторую – от 10 000 до 5 000 рублей, в третью – от 5 000 до 1 000 рублей);

3) цеховые (представители одного ремесла образовывали свой цех; в выборах принимали участие мастера, подмастерья, ученики – по одному от каждого цеха);

4) иногородние и иностранные гости – отдельно по  национальностям;

5) именитые граждане (бургомистр, городской голова «с похвалою» и другие высокопоставленные чиновники, а также ученые, художники, «капиталисты, кои капиталы от 50 000 рублей и более имеют», крупные банкиры,  «кораблехозяева»);

6) посадские – по своей части города (старожилы, которые «промыслом, рукоделием или работою кормятся в этом городе»).

Избранная горожанами общая городская дума выбирала из своих членов шестигласную городскую думу, в которую входили по одному представителю от каждой из вышеперечисленных групп.

Шестигласная дума собиралась раз в неделю под председательством городского головы для решения насущных городских дел. Особо важные вопросы выносились на обсуждение общей городской думы.

Вскоре после выхода этого закона во всех городах Российской империи началась подготовка, а затем и выборы в общие городские думы.

Первая Челябинская общая городская дума была образована 15 июля (по старому стилю) 1787 года.

Избранная горожанами общая городская дума из своих членов выбрала Челябинскую городскую шестигласную думу, в нее  вошли:

от настоящих городовых обывателей – Михаил Кирпичников;

от гильдий – купец Андрей Мотовилов (первый казначей думы);

от посадских – посадский Сидор Хохлов;      

от цеховых – кузнец Герасим Дмитриев.

Места двух депутатов – от иногородних, иностранных гостей и именитых граждан были пусты, так как таковых в городе оказалось недостаточно, чтобы иметь своего представителя в думе.

Первым Челябинским городским головой был назначен Иван Старцев (4 марта 1788 года он передал дела новому голове – Егору Ильиных, который занимал эту должность до 1790 года).

Депутаты городской думы были выходцами из известных в городе семей, так среди членов городового депутатского собрания, избранных для составления городовой обывательской книги, значатся уже знакомые нам фамилии: от купцов – Петр Старцев, от цехов – Яков Хохлов, от мещан Дмитрий Ильиных.

Интересно, что челябинское казачество выдвинуло в городскую думу своего депутата – отставного сотника Ивана Казанцева. На заседаниях он пользовался равными правами с остальными гласными шестигласной городской думы. Однако, в городовом положении категория граждан – казачество, не  упоминалась, а потому и все документы, исходящие от Челябинской шестигласной думы, подписаны головой и четырьмя гласными, без подписи депутата от казачества. Этот факт говорит о своеволии или иначе, о творческом подходе челябинцев к правительственным указам.  И только в 1817 году, после внесения соответствующих изменений в государственный законодательный акт, в Челябинскую думу был законно избран представитель от казачества – капрал Лавр Терентьев.

         Общая городская и шестигласная думы располагались в одном и том же помещении, имели общую печать.

Челябинская шестигласная дума «собиралась всякую неделю по вторникам», а при необходимости – чаще.

Общая городская дума собиралась по особым случаям, ее функции заведования городским хозяйством с успехом выполняла шестигласная дума.

Первоначально городская дума «места для собрания общества не имела, а помещалась где прежде магистрат… в первой половине покоя». Убранство было весьма скромным: «образ  медный  «Воскресения Господне»; стол, накрытый красным сукном; ящик для хранения печати (которую изготовили на Екатеринбургском монетном дворе); стеклянная чернильница; два стула; три деревянные скамьи и несколько журналов для документации.

Во время заседаний депутаты городских дум рассаживались определенным для всей империи образом: в центре стояла «лавка» для городского головы, справа от него располагались гласный от городовых обывателей и гласный от иногородних и иностранных гостей; слева от городского головы сидели гласный от именитых горожан и гласный от гильдий; напротив городского головы слева на право занимали места депутаты от посадских и от цеховых. В Челябинской думе стояло на две лавки меньше, по причине указанной выше – депутаты от именитых горожан и от иногородних, иностранных гостей не избирались.

Заседания городской думы были открытыми. Для всех желающих присутствовать на них были отведены скамьи, стоящие в отдалении от гласных.

В обязанности городской думы, как главного органа  городского общественного управления, входило:

«наблюдать за прочностью публичных городских зданий», иными словами ведать городским хозяйством (ремонт и строительство общественных зданий, дорог и мостов, поддержание чистоты на улицах и многое другое);

«стараться сохранять между жителями города мир, тишину и доброе согласие»;

беречь «город от ссор и тяжб с окрестными городами или селениями»;

разрешать споры между ремеслами и гильдиями;

«возбранять все, что доброму порядку и благочинию противно»;    «доставить жителям городов нужное пособие к их прокормлению»;           содействовать развитию торговли и промышленности – «заведение площадей для стечения народа по торгу (ярмарки), пристаней, амбаров, магазинов»;

финансировать и развивать образование, здравоохранение, культуру, поддерживать учреждения для бедных;

содержать – служащих магистрата (сословного суда первой инстанции), школ и других общественных учреждений; пожарный обоз и

т. д.

Для решения возложенных на нее задач необходимы были средства, потому, дума особо заботилась о пополнении городской казны. Одним из основных источников дохода был налог на прибыль питейных заведений (городу причитался один процент от суммы дохода). Казна пополнялась: за счет налога на торговые лавки; сборами или «штрафными деньгами» с купцов и мещан «по капиталу и состоянию», и другими «общественными статьями».

Дума назначила первого «смотрителя за запрещенной торговлей» – мещанина Петра Васильева. В его обязанности входило выдавать письменное разрешение на мелочный торг, посещать все торговые места с проверкой, собирать деньги с торговцев, не имеющих на то соответствующего документа. Смотритель не редко выезжал «в селения, где случались торжки (ярмарки), наблюдал за соблюдением правил» – собрал деньги за письменное разрешение на торги. Все поступления отмечал в «ведомости», например в ней записано, что за торговлю маслом крестьяне платили 1 рубль налога (деньги по тем временам не малые).  

Поступившие в казну доходы, разрешалось употреблять только на городские нужды, а оставшиеся деньги дозволялось вкладывать в банки под проценты.

Первые медные монеты, попавшие в казну городской думы, были ассигнованы челябинскими купцами, мещанами и цеховыми, и составили 174 рубля 74 копейки. Из них 80 рублей 36 копеек с четвертью тут же  были переданы городскому старосте Федоту Первухину на строительство нового каменного двухэтажного дома для магистрата.

Городские думы подчинялись губернаторам, а потому обо всех доходах и тратах, о проблемах и успехах первая Челябинска городская дума подавала отчет в Уфимское наместничество, самому генерал-губернатору (наместнику), также посылала свои «счета» о приходе и расходе в Уфимскую казенную палату. В 1796 году, с упразднением наместничества и восстановлением губернского деления, Челябинский уезд вошел в состав Оренбургской губернии.

Сфера влияния городской думы ограничивалась многочисленными правительственными учреждениями и комиссиями. Пожаловаться на нерадивость городской думы можно было Уфимскому (позднее Оренбургскому) губернскому магистрату.

Городской думе запрещалось вмешиваться в дела полицейских и судей, «ибо оные по Учреждениям принадлежат Магистратам и Ратушам». Кстати, городовой магистрат (сословный суд первой инстанции, решал дела административные и полицейские) состоял из двух бургомистров и четырех ратманов, которые так же выбирались горожанами на 3 года, а старосты и судьи словесного суда переизбирались «всякий год по баллам».

Административная власть в городе находилась в руках городничего, назначенного правительством.

Дворянство имело свою собственную организацию.

Между всеми городскими органами управления были четко распределены права и обязанности. Это позволяло им жить между собой в мире и согласии, и сообща заботиться о процветании города.

 

 

гл. археограф Государственного

архива Челябинской области

                                      И.С. Янгирова